Семейное дело, которое строится на любви к истории и спорту: как живет клуб «Авалон»

В 2003 году в Курске появился клуб, объединяющий сотни людей сегодня. Здесь занимаются фехтованием, кроссфитом, шьют средневековые костюмы и воссоздают быт минувших эпох. За этим стоит семейная пара — Виталий и Анастасия Карякины. Как создавали «Авалон» и сохраняют его дух уже много лет — в нашем интервью.

Где родились? Кто по образованию? Чем занимались до создания клуба «Авалон»?

Виталий: Я родился в городе Курске, хотел учиться в палеонтологическом институте в Москве, но родители сказали: «Мужчина должен быть инженером!». Так я оказался в ЮЗГУ, окончил его и получил профессию инженера по специальности «Машины и аппараты пищевых производств». После окончания института были предложения работать в Москве, но меня останавливала мысль об уже созданном клубе, я не мог его бросить, всегда совмещал основную работу с деятельностью в клубе. По счастливой случайности я устроился на работу в АО «Авиаавтоматика им. В.В. Тарасова» в военную авиацию, и там мне придумали веселое прозвище «Инженер по летающим тарелкам», потому что специализация пищевая, а работал — в авиации. Я проработал 8 лет инженером. Когда стало понятно, что с клубом все становится серьёзнее и уходит в настоящую профессию, получил педагогическое образование в 2016 году в КГУ по специальности «Педагогика в сфере физической культуры и спорта».

Анастасия: Я родилась в Курске, коренная курянка, чем очень горжусь! Закончила кафедру экономической и социальной географии КГУ, по образованию географ. В свое время думала заниматься научной деятельностью, поступила в аспирантуру, закончила ее и получила диплом о ее окончании по направлению подготовки «Науки о земле», квалификация «Исследователь. Преподаватель-исследователь». Образование пригодилось, оно полезно мне и в нынешней деятельности, но не сложилось с географией как с профессией.

Откуда увлечение исторической реконструкцией, фехтованием?

Виталий: С детства была любовь к истории, читал много книг. Потом начался период популярности исторических, фэнтезийных комиксов, позже — период Толкина. Когда мне было 13 лет, я примкнул к компании толкинистов, объединенной целью заниматься и выезжать на ролевые игры. Но лично мне больше хотелось заниматься фехтованием, и когда появился свободный интернет, я узнал, что в России есть клубы исторического фехтования, и мне захотелось создать собственный клуб. Среди единомышленников начал вести пропаганду, и с теми, кто откликнулся, мы создали команду. Днем рождения клуба мы считаем 4 ноября 2003 года. Но юридически мы не были оформлены, это было сообщество людей, которые вместе тренировались в Сеймском лесу, на Черняховского, своего помещения тогда еще не было.

кто придумал название? Почему Авалон?

Виталий: Сначала в клубе были ролевики, историческое фехтование и историческая реконструкция. Кто-то хотел делать тамплиеров, кто-то скандинавов-викингов, кто-то эльфов и гномов. Чтобы все эти направления уживались, их надо было объединить чем-то общим. Долго думали, спорили, в итоге сошлись во мнении назвать клуб «Авалон». Это название таинственного острова из легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого Стола. На этом острове был похоронен король Артур, жила фея Моргана, это остров яблони, символизирующий историю и мифы, сказки. Авалон объединил и мифологию, и исторические факты.

Когда вы познакомились и как?

Анастасия: Изначально с историей, как с предметом в школе, у меня не складывалось. Один раз в 5 классе за двойку по истории даже папу вызывали в школу. Сейчас это звучит смешно, но тогда не складывалось, мне тяжело было учить эпохи, даты, но рыцарская, фэнтезийная тема всегда визуально нравилась. Я знала, что есть толкинисты, видела рыцарские поединки. Они всегда были где-то рядом, появлялись все время, как 25 кадр. С Виталием мы познакомились в 2009 году, когда я пришла в клуб «Авалон» на турнир по историческому фехтованию. Сразу после турнира Виталий предложил вступить в их клуб, но я подумала, что там все серьезно, люди увлекаются историей на уровне науки, читают статьи и т.д. А где я, и где история?! Но Виталий убедил прийти в клуб еще раз. Я пришла, и мне понравилась атмосфера в клубе, и особенно заинтересовало шитье средневековых костюмов. Так началась моя история в клубе. Поскольку у нас разница в возрасте 6,5 лет, и в самом начале общения мне было всего 18, об отношениях я не думала, в голове была учеба в университете, которая мне очень нравилась. Мы присматривались друг к другу, а встречаться начали спустя пару лет. Через 5 лет после первой встречи в клубе мы поженились.

Виталий: Мысль сделать предложение о замужестве была давно. Но однажды я ехал с работы, зашел в ювелирный магазин, выбрал кольцо и пришел в клуб. Кроме нас там никого не было, я возился с доспехами, Настя — с костюмами. В какой-то момент я посадил ее на сундук и сделал предложение. Кто-то делает предложение на море, в ресторане, а я — на сундуке в своем клубе. Он был собран у нас в клубе в 2005 году и является частью нашей истории.

Как пришли к решению, что бизнес будет совместным?

Анастасия: Когда мы поженились в 2014 году, у нас начался новый этап не только личный, но и клубный. ДК, в котором мы находились на тот момент, сократил часы наших тренировок. Виталий решил уходить с завода и заниматься тренерской деятельностью, зарабатывать этим, целиком посвятить себя спорту. В 2015 году он ушел в коммерческий фитнес-клуб, через 1,5 года сменил еще один. В итоге в 2017 году все звезды сошлись. На тот момент я работала на кафедре старшим лаборантом и параллельно писала диссертацию, брала дополнительную удаленную работу, что-то шила дома, чтобы была возможность помогать супругу открыть свой зал. Поняв, что научная деятельность мне не настолько интересна, и что я хочу поддержать супруга, создать с ним свое дело, которое принесет нам и доход, и удовольствие, я ушла с работы из университета.

Кто поддержал? Как вы открылись?

Анастасия: В первую очередь, благодаря поддержке близких. Мой брат как-то нас морально пнул, сказав: «Хватит уже бояться! Давайте создавать свое, мы поддержим!». Вот этот пинок сработал. Всегда важно, когда тебя поддерживает семья. А еще был клубный костяк. У нас есть спортсмен Николай Овчинников, он занимается с 14 лет, сейчас ему 28. Он — сильный спортсмен, призер и победитель всероссийских соревнований по историческому фехтованию. В его приоритетах «Авалон» занимает одну из верхних строк. Николай — капитан нашей команды в командной номинации «5 на 5», замещает Виталия, когда тот уезжает. С надежными и проверенными людьми в команде решаться было легче. Есть Павел Марков, который также много времени посвящает клубу и помогает нам. У Виталия в спортивно-силовых направлениях также есть спортсмены, которые всегда отзываются и поддерживают, за что мы им очень благодарны!

Виталий: После увольнения с АО «Авиаавтоматика им. В.В. Тарасова» мне было уже проще согласиться на авантюру с открытием собственного дела. Эту тревогу — остаться без постоянной работы и дохода — я преодолел, когда увольнялся с завода, чтобы работать тренером.

Как создался клуб «Авалон» со всеми направлениями, которые есть в нем сейчас?

Виталий: Все это началось еще в ДК «Волокно», помимо спортзала, где мы занимались фехтованием и клубного помещения, где мы базировались, был тренажерный зал с советским оборудованием, и там мы тренировались. Я как сотрудник ДК официально вел секцию, был педагогом дополнительного образования. Первоначально увлекались пауэрлифтингом (жим, становая, присед). Помимо ДК «Волокно», занимались еще в разных спортзалах, но на соревнованиях по фехтованию результаты не росли.

История со спортивной составляющей клуба началась с 2009 года. Тогда у клуба был первый выезд на Чемпионат России по историческому фехтованию в Москве. Мой первый бой был с семикратным чемпионом России. На адреналине я умудрился выиграть. Но все бои с другими противниками я проиграл. После этого стал анализировать ситуацию и понял, что мне не хватает физической подготовки и выносливости. Тогда все выступали в доспехах, которые весили около 35-40 кг, были тяжелая кольчуга, тяжелый шлем. Сейчас их стали делать титановыми, в среднем они весят около 20 кг. Все наши тренировки до этого, в основном, заключались на самом фехтовании, была физическая активность — бег, отжимания, пресс. Но это делалось в качестве разминки, интуитивно, не было систематизации. Навык фехтования хорошо иметь, но если ты не подготовлен физически, то тебя хватит ненадолго. Тем более, что бой на соревнованиях не один. Сейчас он длится в среднем 1,5 минуты. В зависимости от номинации ты должен быть в доспехах и не просто бить мечом по голове, а должен еще и думать, как бить. Я начал читать много литературы, преимущественно советской спортивной, изучал интернет, и как-то нашел сайт «сrossfit.com». Сейчас это известное спортивное направление, а на тот момент в России, о нем мало кто знал. Русскоязычных сайтов не было, информация была только на английском, благо у нас в клубе была девочка-переводчик, она помогала переводить. Потом оказалось, что московские фехтовальщики тоже используют кроссфит, так у нас в клубе появилась эта секция.

Я стал адаптировать кроссфит-тренировки под фехтование, ребята стали заниматься и готовиться к соревнованиям, результаты хорошо подросли. Мы стали выигрывать, занимать призовые места. После этого появились мысли о покупке собственного оборудования, чтобы не ходить в разные залы, а заниматься в одном месте. Как раз тогда в ЦУМе на 2 этаже был магазин спорттоваров, там мы купили 2 олимпийских грифа. Это было первое оборудование, которое служит до сих пор. Тогда я сильно увлекся, стал разрабатывать свои методики, совершенствовать тренерскую деятельность. У меня никогда не было тренера, я — самоучка, и пытался сам найти систему, которая могла бы помочь фехтовальщику. Это был бум на кроссфит, появление первых кроссфит-клубов в Курске. Я даже писал магистерскую диссертацию про функциональные тренировки, кроссфит. На защите научной работы в университете меня «мурыжили» вопросами полчаса. Каждый член комиссии задавал по несколько вопросов, все пытались уличить в плохом. У большинства людей сложилось негативное мнение о кроссфите как о травмирующем виде спорта, и мне пришлось объяснять и доказывать, что на самом деле это не так. Главное же — с кем ты занимаешься, и насколько твой тренер в этом подкован.
Примерно в тот же период в Курске открылся «Tiger CrossfitFightClub», меня взяли туда тренером. Работал там по вечерам, а по выходным вел тренировки в ДК у одноклубников. Потом договорился с директором клуба, чтобы и фехтование проводить в кроссфит-клубе: нам выделили часы, и после кроссфита я вел фехтование. Это стало опытом общих тренировок в отдельном фитнес-клубе.

В 2016 году я перешел на тренерскую работу в центр медицинской реабилитации «Аквила», там тоже был кроссфит-зал. Тогда же у меня сформировался костяк людей, которые занимались постоянно и готовы были следовать за мной: в новое место ушло больше 20 моих спортсменов. Это был серьезный момент, когда я начал верить в себя как в тренера еще больше.В «Аквиле» не было возможности вести тренировки по фехтованию, все-таки это реабилитационный центр, да и кроссфит там был не совсем в тему. Плюс в ДК нас попросили освободить помещение, секция там оказалась больше не нужна. Тогда мы перевезли вещи в ДОСААФ России по Курской области на улицу Сумскую, где нам временно выделили помещение, но тренировок там не было. Мы пришли к тому, что если дальше все так продолжится, то клуб прекратит свое существование. Нужно было перестать скитаться по всему городу и найти себе отдельное помещение для полноценной работы и тренировок, как силовых, так и по фехтованию, чтобы ни от кого не зависеть.

Анастасия: Что касается коммерческой деятельности клуба, то все началось с 3 мая 2017 года — открытие нашего первого зала на ул. А. Невского, в ТЦ «Невский». Там была секция исторического фехтования и кроссфита. В «Невском» Авалон просуществовал год, нам стало тесно имы переехали в ТЦ «Панорама», где проработали 8 лет. А в начале этого года перебрались на ул. Льва Толстого в здание бывшего свечного завода, и надеюсь, что осядем здесь надолго.

С какими сложностями столкнулись при открытии своего дела?

Анастасия: В нашем случае главной трудностью было то, что многие вещи мы делали своими руками и о многом просто не знали. Из-за отсутствия опыта ты не можешь предусмотреть все, и это нормально. Первое помещение я нашла по объявлению в газете: здание бывшей ткацкой фабрики с высокими потолками, но с большим количеством колонн. Сейчас я понимаю, насколько это неудобно. Но тогда нас этот момент не остановил, я сразу стала представлять, как можно функционально обыграть все, что с первого взгляда мешает. Хотелось оформить все красиво, потому что это был уже свой клуб. Через год столкнулись с проблемой нехватки площади, пришлось переезжать. В новом месте были свои трудности, но мы проработали там 8 лет. В том году мы снова переехали, но на этот раз я подбирала помещение более обдуманно, зная наши потребности. По итогу сейчас мы находимся в старинном здании, здесь атмосферные арочные окна, толстые стены, зимой тепло, а летом прохладно — всем нравится, говорят, что у нас уютно, а антураж здания подходит под нашу тематику. После всех переездов понимаешь, что со временем со всеми сложностями бороться проще.

Где брали деньги на ремонт, оборудование?

Анастасия: Больших вложений тогда не потребовалось, были накопления. Плюс была поддержка семьи, и Виталия, и моей.

Виталий: Покупать оборудование мы начали заранее: грифы, блины, гантели, еще с 2010-х годов. Занятия по кроссфиту в других клубах я вел на своем оборудовании, и когда уходил, то забирал его. Плюс были финансовые сбережения, то есть для нас открытие своего клуба не стало ударом. На тот момент у меня занимались 23 человека, и все они согласились уйти в наш новый собственный зал.

В чем твой секрет? Почему 23 человека за тобой перешли?

Виталий: Наши маленькие воспитанники меня называют «папкой» или «батей». Мне сложно сказать, в чем секрет. Со стороны, наверное, виднее. Я просто стараюсь найти к людям индивидуальный подход. Есть общая программа, но в любой программе есть возможности масштабирования под индивидуальные возможности, под состояние здоровья, и я без вопросов делаю это. Были клиенты с серьезными травмами, к примеру, был парень с многочисленными межпозвоночными грыжами и протрузиями. Врач рекомендовал ему заниматься спортом и укреплять спину. Около полугода мы занимались реабилитацией, ЛФК, но он видел, как занимаются другие ребята в зале, тягали штанги и после восстановления понемногу стал пробовать силовые нагрузки. В итоге он выполнил на соревнованиях кандидата в мастера спорта по становой тяге. А после того, как на награждении организаторы обозначили, какие проблемы со здоровьем были у этого парня до занятий, весь зал стоя аплодировал ему.

Анастасия: Еще у нас был подросток с травмой сухожилия руки (повис рукой на заборе). Он не мог обхватить и сжать палец рукой, и от него отказывались тренеры. Виталий согласился работать с этим ребенком. Спустя период занятий мальчика отвезли в Москву на очередное обследование, и потом нам позвонили из реабилитационного центра: спрашивали, какими методиками удалось восстановить механику работы руки. Но дело в том, что единой методики не существует. Виталий всегда говорит, что не делает ничего необычного, но тот пласт литературы, книг, которые есть дома, и он находит, читает, огромен. В его голове такой объем информации, что он может связать все воедино из разных сфер и исследований, и он пробует применять разное. Говорят, что не каждый хороший спортсмен может стать хорошим тренером, так и наоборот. Может быть по-разному. Но я считаю, что у Виталия получается, у него есть именно тренерский дар, для него работа с людьми на первом месте, он находит подход и к взрослым, и к детям.

Какие секции, кроме исторического фехтования и кроссфита, есть в «Авалоне»?

Виталий: Еще у нас есть секция HEMA-фехтования по Длинному мечу (HEMA (англ.) — аббревиатура, в переводе это исторические европейские боевые искусства), детский мечевой бой, историческая реконструкция и разные спортивные направления: фитнес, оздоровительная физкультура и самая популярная из них секция пауэрлифтинга. В пауэрлифтинге 3 соревновательных основных движения, а в кроссфите — более 30. Люди могут выкладываться, заниматься, но соревновательный кроссфит — это не 3 тренировки в неделю. Целый час можно отрабатывать только ходьбу на руках. Всему этому нужно учиться и посвятить много времени. У многих было желание этим заниматься, но есть работа, учеба, семья, и эти дела не бросишь ради соревнований по кроссфиту. И, чтобы интерес у человека не угас, я предлагал пауэрлифтинг: там доступнее, и трех тренировок в неделю вполне достаточно, чтобы развить силу. Поэтому это направление у нас в клубе тоже массовое.

Анастасия: Исторический средневековый бой (ИСБ) — это спортивное направление. У нас есть даже своя спортивная федерация, проводятся официальные соревнования, есть судьи и секретари, которые проходят обучение, сдают экзамены. Я, например, — официальный секретарь таких соревнований: езжу на соревнования, веду сетку боев, собираю всю документацию, готовлю протоколы. Виталий — председатель регионального отделения федерации ИСБ России по Курской области.

Что есть помимо спорта в клубе? Как родилась история с одеждой?

Анастасия: Историческая реконструкция — это воссоздание материальной и духовной культуры определенной исторической эпохи и региона. В 2009 году я пришла именно на это направление. А в клубе оно существовало с самого начала, с 2003 года.

Виталий: Историческое фехтование всегда было тесно взаимосвязано с исторической реконструкцией. В начале толкинисткого движения ребята выступали в ведрах и простынях, в выдуманных костюмах, отдаленно напоминающих средневековые. Когда в 70-е годы прошлого века появились первые клубы исторической реконструкции, люди начали заниматься исследованием того, какие костюмы действительно существовали в средневековье, работать с историческими источниками, на которых было видно воинское облачение. Потом у кого-то появился интерес проводить бои, пробовать воссозданное на прочность. Выйти на соревнования без доспехов нельзя, и их в большинстве случаев делали сами. Мужчины — это большие дети, им все так же нужны игры, только более захватывающие. Так появились первые турниры, и все это шло рядом: парни сражались в доспехах, а девушкам-одноклубницам тоже хотелось быть частью таких мероприятий, поэтому они стали изучать историческую гражданскую одежду и шить себе платья, чтобы быть самой красивой леди на турнире.

Я увлекался изначально тамплиерами. Памятная для меня игра по мотивам романа Вальтера Скотта «Айвенго» прошла в 2005 году в Терновке, Белгородской области. Там у «Авалона» была роль ордена тамплиеров, и мы, тогда плохо разбирающиеся в исторической реконструкции, все пошили сами из белых простыней. А уже потом выяснили, что существовало много одежды из шерсти. Спустя 3 года все перешили по достоверным выкройкам с использованием натуральных материалов того времени. Кто-то мог шить сам, а кто-то отдавал это делать мамам, подругам, сестрам, девушкам. Я никогда никого не просил помогать, сам научился шить, и мне это нравилось.

Что самое необычное, что ты сделал сам из предметов исторической реконструкции?

Виталий: Самое сложное, что сделал — это кожаная фляга. Изучал источники, на ее изготовление с нуля ушло несколько недель. Это была самая затратная по времени и скрупулезная работа, но на мой взгляд, одна из самых удачных. Ещё собирал сундуки и средневековую мебель.

Настя, чем ты занималась и занимаешься в клубе?

Анастасия: Я пришла в клуб на отделение исторической реконструкции костюмов. Но любовь к шитью у меня появилась гораздо раньше. В 5 лет бабушка посадила меня за швейную ножную машинку и научила шить. Мне это всегда нравилось, я ей помогала. Другая бабушка тоже в детстве научила меня шить на ручной машинке и иголкой. Мама мне покупала вышивки, и я с удовольствием занималась вышиванием, она же научила вязать руками и на вязальной машине. Все время шитье было в моей жизни. В 10 лет бабушка подарила мне книгу «История костюма», тогда понравились картинки в ней, и на какое-то время об этой книге я забыла. А когда я увлеклась реконструкцией, снова о ней вспомнила: достала, стала листать ее и с восторгом осознала, что там есть изображения исторических костюмов, они разобраны по эпохам, и в ней есть выкройки, по которым я шью уже несколько лет. Сейчас в «Авалоне» есть те, кто хочет ездить на фестивали, им нравится исследовать какой-то определенный регион и эпоху, тогда я помогаю проработать им паспорт костюма и сшить то, что они хотят, помогаю освоить им разные исторические рукоделия. Мне хочется развиваться самой и передавать свои знания людям. Это коммерческая секция в рамках клуба. За последнее время я пришла к выводу, что хочу этим заниматься более серьезно. Хочется курянам показать, что есть такое интересное хобби.

Есть ли у вас единомышленники в России? Кто вас поддерживает?

Анастасия: Есть отдельные клубы по пауэрлифтингу, есть клубы исторической реконструкции, отдельные HEMA-клубы и клубы ИСБ. Есть клуб, где семейная пара также занимается кроссфитом и историческим фехтованием, но у них нет исторической реконструкции.

Виталий: В Ялте есть клуб-тезка: фехтовальный клуб «Авалон», но он появился позже нашего. С Ялтинским клубом мы знакомы, его руководитель старше меня, но я называю его потомком, а он меня «дедом», потому что они занимаются ролевками 16-17 веков, а мы эпохами с 9 по 15 век.

Насколько это востребовано в Курске? Можно ли на этом зарабатывать?

Анастасия: Опыт показывает, что да. Клуб в этом году отметит свое 23-летие, 9 из них — это коммерческий проект, благодаря которому мы живем. Если бы такой род занятий был не интересен людям, мы бы давно уже прекратили свое существование. Наш блок исторических секций видится людям очень необычным, это их привлекает. У нас всех есть исторический фундамент. Человек в образе своего предка, который, возможно, воевал где-то в битве, у него такое же оружие, он в той же одежде. Что касается HEMA-фехтования, то его изучают по манускриптам и трактатам, дошедшим до наших дней, по которым преподавали фехтование в средние века. Это необычно, это «не как у всех», и это привлекает людей, а когда в этом же месте ты можешь получить не только хобби для души, но и заниматься своим здоровьем, улучшать физическую подготовку, чему многие в наше время уделяют особое внимание, то это дополнительный плюс к востребованности нашего клуба.

Кто ваши клиенты? Кому это нужно?

Виталий: У нас абсолютно непредсказуемая целевая аудитория. Это и женщины, и мужчины, люди разных профессий: юристы, экономисты, айтишники, иконописцы и священнослужители, госслужащие и военнослужащие, предприниматели, студенты и школьники, и даже дошколята. Самому первому нашему маленькому фехтовальщику было 6 лет. Бабушка привела его записать на секцию борьбы, но ошиблась дверью, они оказались у нас и, бабушка заявила, что все равно каким видом борьбы он будет заниматься, пусть занимается. Виталий сомневался, но решили взять, и он начал тренировки. Через месяц вместе с мальчиком пришла заниматься его двоюродная сестра. Ее привели на танцы в 5 лет, ей там не понравилось, зато вместе с братом она занимается у нас уже 8 лет.

Какие есть нюансы в вашем бизнесе?

Анастасия: Ты в этом 24/7. Если у тебя это не часть жизни, и ты относишься к этому только как к коммерческому проекту, то свободное время может быть будет. Мне не нравится называть наше дело словом «бизнес», наверное, в этом подходе есть минус, если бы я воспринимала наш клуб только как бизнес, возможно, заработок был бы выше, но лично для меня, потерялась бы душа и то, ради чего мы все это начинали. Мы с Виталием посвящаем этому жизнь.

В чем ваш секрет? Вам не скучно вместе? Как решаете споры? Кто у вас главный?

Анастасия: Я согласна с пословицей: муж — голова, а жена — шея. Главное в семье — это взаимопонимание и поддержка, нужно уметь договариваться. Если возник спор, то нужно уметь уступать. В свое время я отказалась от научной работы, но ни разу об этом не пожалела, хотя, действительно, было большое желание этим заниматься, но еще было желание поддержать супруга. А сейчас такой период, когда Виталий меня во всем поддерживает. Я занимаюсь тем, чем мне хочется. Хотя кто-то удивляется и возмущается этому: «Зачем шить старые тряпки, кому это нужно?! Тебе надо найти нормальную работу!». В ответ я улыбаюсь, муж меня целует, и я благодарна ему за все. Во всех непростых моментах мы были рядом и всегда поддерживали друг друга. Это касается не только бизнеса, но и жизни. После всех непростых событий, начиная с ковида, потерь близких, событий августа 2024 года, когда война фактически пришла к нам на порог, вера, что все трудности временные, только усилилась. Поначалу было страшно, но потом, наоборот, укрепилось мнение, что с родной земли мы не уйдем. Нашему клубу больше 20 лет, это наше призвание. Мы здесь приросли, мы с Виталием делаем много лет такое большое дело, люди все это время с нами, поэтому продолжим его развивать.

Как планируете развиваться дальше?

Виталий: Реконструкция до сих пор продолжает развиваться, и верхнего передела у нее нет. Это все актуально, и сейчас начался новый виток ее популярности. Касательно фехтования: мне хочется создать конкурентоспособную команду по историческому средневековому бою от Курской области. Бои есть не только дуэльные, но и командные, и это считается топом в нашем виде спорта, потому что это тяжелее и сложнее. Когда ты выходишь один на один, это одни нюансы, а когда 5 человек — это единый организм и сложнее технически. Пока что от Курской области выезжают бойцы в индивидуальные дисциплины. Хочется популяризировать этот спорт, чтобы его воспринимали полноценным видом, наравне с единоборствами. Это серьезный вид спорта, требующий большой физической подготовки, навыков, методик, стратегического мышления. Проблема в том, чтобы найти заинтересованных людей, готовых вкладываться физически, материально и уделять этому время. Если задуматься о том, сколько в год человек тратит на кофе, сигареты и походы в кино и кафе, то в сравнении с этим получается не такая уж большая сумма. Тут скорее дело приоритета. При грамотном подходе, при стабильности тренировок на протяжении хотя бы полугода у желающего есть все шансы попасть на турнир и достойно выступить.

Анастасия: Воссоздание исторических костюмов — это хобби, которое требует много труда и особых знаний в области истории, краеведения и географии, меня это увлекает. Последнее время стало интересно изучать эволюцию Курского костюма с ранних веков и до Петровской эпохи. Планирую развиваться в этом направлении и через клуб реализовывать проекты, которые будут формировать интерес к историческому и культурному наследию нашего Курского края, который я очень люблю.